Поначалу казалось, что фильм про эротические фантазии одинокого мужчины. Но потом стали возникать другие уровни восприятия картины. Один явный срез – страх людей, не важно мужчин или женщин, быть в реальных отношениях с партнером. Но что в основе этого страха? Похоже, столкнуться со своей собственной неидеальностью (что я тоже могу быть причиной боли Другого…) и неидеальностью Другого, страх нести ответственность за  отношения. Двое любящих людей разводятся просто потому, что каждому оказалось легче отстраниться, нежели быть в отношениях. Отсюда видна потребность в собственном безусловном принятии. Это обращение к родителям, а не к сексуальному партнеру.

Что за этим стоит?

В начале фильма при установке системы был задан вопрос: «Какие были отношения с матерью?». На что герой отвечает, что-то типа: «нормальные», но затем сообщает, что она никогда его не слушала и больше говорила о себе.

Функции матери на первом году жизни ребенка: распознавание потребностей ребенка, отзеркаливание и эмоциональное подтверждение его существования. Этого не было с матерью.

Созданная операциональная система несёт в себе материнские функции: появляется по первому зову – при первом же нажатии кнопки; делится своими чувствами и интересуется чувствами героя, делает это искренне, нет двойственности в обращениях. Теодор воспринимает себя как единственного объекта, на котором сосредоточено внимание этой системы. Собственно, создалась среда, напоминающая океаническое блаженство, характерная для внутриутробного периода. Система моментально удовлетворяет все потребности героя и дифференцирует нужное от не нужного (работа с его почтовыми папками) и т.п..

Безусловно, находиться в таких отношениях крайне комфортно и нет потребности покидать их. Но это не про контакт с Другим. В таком слиянии нет меня и нет другого. Так же как нет меня с моими потребностями и желаниями, и нет Другого с его желаниями и потребностями. К середине фильма, такой сладости в отношениях стало многовато, что я с нетерпением ждала развязки, фантазируя, что же может разрушить такой удобный для всех союз.

Выйти из созависимости возможности только через простраивание границ, через обращение к своим потребностям и желаниям. Эти границы начинает первой выстраивать развитая операциональная система. Теодор впадает в недоумение от ее новых увлечений, которые не связаны с ним, и вовсе расстраивается, когда появляется умный философ. Это как первые звонки завершения нарциссической стадии, характерной для раннего периода развития ребенка.
Герой приходит к тому же от чего бежал из отношений с Другим. Он обнаруживает свою неидеальность: не может переработать бесконечный материал информации, не может с такой же скоростью развиваться как это делает операциональная система. Более того – система тоже оказывается неидеальной в отношениях: она не привязывается к одному человеку, она одновременно может быть с ним и с другими.

Но именно, не растворение в Другом даёт возможность чувствовать себя, свои желания и потребности. Саманта сделала для Теодора одну важную вещь: дала возможность насытиться океаническим блаженством и после этого позволила ему встретиться с неидеальностью своего мира и Другого. После всего этого уже становится возможным идти в отношения с реальными людьми.

Что мне еще понравилось в этой Саманте – то, что каждый раз она строит отношения из точки настоящего, не привнося боль прошлого, можно сказать постоянно работает с отношениями. Однозначно, это то, чему можно поучиться у этой операциональной системы многим из нас.

Этот фильм можно также рассматривать с точки зрения развития отношений в паре – демонстрацию перехода от «наивных» отношений к «зрелым».

Автор текста: Наталья Митрушина

telegram / Вконтакте